Китайский писатель: русская литература – наш наставник и друг (Гуанмин жибао) (Гуанмин жибао, Китай)
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Читать inosmi.ru в
Русская литература оказала огромное влияние на жизнь и творчество Лу Синя – основоположника современной китайской литературы. Сам он, восхищаясь ее всеобъемлющей любовью и глубоким гуманизмом, говорил о ней так: «Русская литература – наш наставник и друг».
Юй Вэньсю
Юй Вэньсю — проректор Хэйлунцзянского университета В этом году исполняется 70 лет со дня установления дипломатических отношений между Россией и Китаем. Оглядываясь в прошлое, мы видим, что культурный обмен между двумя странами имеет давнюю историю. Размах и глубина влияния, оказанного русской литературой на китайскую, не могут быть сопоставимы с влиянием литератур других стран.
Начиная с современности, многие китайские писатели находились под влиянием русской и советской литературы, но особенного внимания заслуживает ее связь с китайским писателем Лу Синем. Писательская деятельность Лу Синя глубоко уходит корнями в русскую и советскую литературу. Как отметил китайский литературный критик и поэт Фэн Сюэфэн: «Связь Лу Синя с русской и советской литературой неотделима от его литературной деятельности». Подобным образом высказывался и известный советский писатель А.А. Фадеев: «Творчество Лу Синя очень близко нашим русским писателям. Едва ли творчество писателей других государств может быть так же близко для нас, как творчество писателей нашей родины и Китая…».
Можно сказать, что Лу Синь имел прекрасное представление о русской и советской литературе и искусстве. Среди собранных им книг он особенно благоволил произведения русской литературы, а при переводе иностранной литературы отдавал предпочтение произведениям русской и советской литературы. На его собственное творчество русские и советские писатели оказали еще большее влияние. В своем эссе «Празднуя литературный обмен между Россией и Китаем» он отмечал, что: «Русская литература — наш наставник и друг».
Коллекция произведений Лу Синя и его переводы русской литературы
Всю жизнь Лу Синь страстно любил собирать книги: его коллекция насчитывает более 13 000 экземпляров и содержит более 600 произведений на русском языке, среди которых не только художественная литература и беллетристика, но также философские труды, социально-идеологические произведения и исторические источники. Все это в полном хранится в музее Лу Синя.
Вторая супруга Лу Синя, Сюй Гуанпин, обобщенно говорила об этом так: «Перевод советской литературы, включая русскую литературу, и ее представление являлись чрезвычайно важной частью революционной деятельности Лу Синя на протяжении всей его жизни. По приблизительным подсчетам, среди почти 6 миллионов иероглифов из его сочинений, более 1,6 миллиона относятся к переводу и пересказу советской литературы. Это составляет около четверти от всей его работы и более половины от всех его переводов».
Действительно, Лу Синь придавал огромное значение русской литературе и перевел немало произведений. И хотя сам Лу Синь учил русский язык лишь непродолжительное время в молодости и так и не смог овладеть им в совершенстве, он зачастую делал вторичные переводы с немецкого и японского языков. Именно во время учебы в Японии Лу Синь соприкоснулся с русской литературой и обратил на нее внимание.
Уже на заре своей переводческой карьеры он начал переводить русскую литературу. В 1908 году в своей статье «О силе сатанинской поэзии» Лу Синь представил своим соотечественникам таких авторов, как Гоголь, Пушкин и Лермонтов. Вышедший в 1909 году «Сборник иностранных рассказов», состоящий из иностранных рассказов, переведенных Чжоу Цзожэнем, положил начало традиции дословного перевода в современном Китае. Как сказал об этом Мао Дунь: «Все, от тщательного осмысления и художественной критики, до создания детальных и точных переводов иностранной литературы, началось с Лу Синя — пионера и предводителя современной литературы Китая».
© CC0 / Public Domain Unknown / Перейти в фотобанкКитайский писатель Лу Синь
© CC0 / Public Domain Unknown
Перейти в фотобанк
Начиная со «Сборника иностранных рассказов», Лу Синь сосредоточился на переводах произведений о слабых и угнетенных народах России, Восточной и Северной Европы конца XIX века — начала XX века. Ранние переводы русской литературы Лу Синя в основном включали работы таких писателей, как Л.Н. Андреев, В.М. Гаршин и В.Я. Ерошенко. Причина такого интереса заключается в том, что Лу Синь назвал литературные произведения угнетенных народов «унисоном». Он говорил, что видит в них непривычный мир, «проблеск заблудшей души», который трогает его и влияет на его творчество.
Позже Лу Синь перевел произведения таких русских представителей критического реализма, как Н.В. Гоголь и А.П. Чехов. Революционные литературные произведения таких авторов, как Максим Горький и А.А. Фадеев, попали в Китай также благодаря переводам Лу Синя. 18 октября 1936 года, за день до своей смерти, Лу Синь упорно продолжал правку своего второго перевода «Мертвых душ» Н.В. Гоголя и пророчил роману широкую популярность в Китае.
После 1927 года переводческая деятельность Лу Синя приобрела новый размах: он испытал колоссальную потребность в переводе нескольких «книг по историческому материализму, получивших мировое признание». Он приступил к переводу произведений русской и советской теории литературы и искусства: главным образом были переведены произведения Г.В. Плеханова и А.В. Луначарского. То, что Луначарский и Плеханов изложили такие принципиальные проблемы, как взаимодействие литературы, искусства и общества, литературы, искусства и классов, эстетические принципы и задачи литературной критики с позиций марксистской идеологии, в определенной степени дало более ясные представления и утихомирило идеологические метания и литературную борьбу в современную Лу Синю эпоху.
Лу Синь собрал достаточно большое количество русской и советской литературы, но большинство текстов были переведены с японского и английского языков. В то время талантливых специалистов по русскому языку было мало, как и людей, разбирающихся в русской истории. Это глубоко огорчало Лу Синя. Тогда он горестно вздыхал от нехватки таких качественных специалистов по русскому языку, как Цюй Цюбо. В 20-30 гг. ХХ века людей, специализировавшихся на переводе русской и советской литературы, можно было пересчитать по пальцам. Кроме нескольких человек, таких как Цао Цзинхуа, большинство не были специалистами и в этих обстоятельствах Лу Синь активно организовал работу молодых людей из литературного общества «Без названия» и Лиги левых писателей над переводами русской литературы. В переводе русской и советской литературы он с энтузиазмом помогал и поощрял новичков, таких как Вэй Суюань, Ли Цзие, Вэй Цунъу, Фэн Сюэфэн и Жоу Ши. Лу Синь зачастую не только использовал свои собственные гонорары для финансирования публикаций переводов, но также лично помогал в работе и редактировал переводы.
Влияние русской литературы на творчество Лу Синя
Лу Синь говорил: «Когда я начинал работу, то опирался на сотни прочитанных раннее иностранных произведений». На творчество Лу Синя повлияли произведения литератур России, Великобритании, Северо-Восточной Европы и Японии. Но по мнению Лу Синя, русская литература оказала на него наиболее значительное влияние: «Я думаю, что русская литература богаче любой другой зарубежной литературы».
Лу Синь хорошо знал и понимал русскую литературу: духовный реализм русской литературы находит сильный отклик в его душе. Лу Синь полагает, что наиболее ценной чертой русского критического реализма является его глубокая подлинность и критичность. Он уникален и поэтому Лу Синь называл его «подлинным и потому имеющим силу». Это в полной мере подтвердило огромную историческую ценность русского критического реализма.
Однажды Лу Синь, преисполненный искренних чувств, сказал: «Русская литература, считающаяся образованными людьми Западной Европы "полудикой", превосходит все литературы мира. Это — "великая плодородная и благодатная почва». Лу Синь неоднократно восхищался всеобъемлющей любовью и глубоким гуманизмом, воплощенным в выдающейся русской литературе. Он восхвалял «писателя, мужественно переносящего беды и горести человеческого существования». Писатель не только сопереживал униженным и оскорбленным, но и стремился к освобождению и принесению себя в жертву ради других. В глазах Лу Синя этот образ — величественный. Эта глубокая любовь воспринималась Лу Синем как «исключительное милосердие», которое является характерной особенностью русской литературы и делает ее «ближе к нашему миру».
Такие русские писатели, как Н.В. Гоголь и Ф.М. Достоевский, вызывали у Лу Синя чувство благоговения и осознание того, что они подняли основные проблемы человеческого существования, и посвятили себя разоблачению всей сложности человеческой натуры и ее пороков. Чтобы пробудить человечество для переустройства общества и душевной работы, Лу Синь придерживался таких основных творческих принципов, как «взыскательный подход к выбору материалов и глубокое исследование скрытого смысла», а его «основная цель» при создании произведений была «творить во имя человеческой жизни». В своих произведениях он подробнейшим образом рассматривал жизнь человека в социуме, обнажая пороки и болезни общества, взывая к необходимости их исцеления.
По мнению Лу Синя, глубина русской литературы заключается в том, что она выражает «беду» низших слоев общества не только в материальной нищете, но и в духовной. Положение граждан Китая того времени было таким же. То, как Лу Синь описывал не желающих пробуждаться людей, очень похоже на русскую литературу критического реализма. Лу Синь выразил значимую тему «сочувствия несчастью, но гнева на нежелание бороться», переосмыслив национальный характер и глубоко прочувствовав тяжелое бремя просвещения. Лу Синь отметил, что в русской литературе есть не только «крики, стенания, нищета и тоска», но также есть «борьба изо всех сил и сопротивление». Влияние русской литературы и ее перевод в определенной степени помогли Лу Синю реализовать идею использования литературы для «выражения характера и трансформации общества».
Лу Синь не только стремился к «содержательности выражения», но так же обращал внимание на «особенность формы». Он находится под сильным влиянием русской и советской литературы не только идейно, но и с точки зрения выражения художественных приемов и эстетического восприятия: так, Лу Синь признавал, что его «Записки сумасшедшего» вышли из гоголевских «Записок сумасшедшего», а в «Снадобье» отчетливо проявлялись приемы символизма и реализма Л.Н. Андреева. В то же время синтез сатирической манеры письма и лирических отступлений трагикомедий Гоголя, лаконичность, простота и мягкое очарование, раскрывающееся через «смех сквозь слезы» в произведениях Чехова, неустрашимое изображение «мятущейся души» Достоевского являлись значимым откровением для творчества Лу Синя и оказали на него большое влияние. Некоторые называют Лу Синя «китайским Чеховым»: оба писателя являются мастерами малой прозы и великолепно используют самые меткие слова «вызывающие улыбку сквозь слезы». В.Г. Белинский назвал малую прозу Гоголя «огромной картиной в маленьком кадре», а малая проза Лу Синя является такой в еще большей степени. Благодаря заимствованию лучших черт китайской и иностранной литератур, «преисполненные глубоких переживаний» произведения Лу Синя стали классикой. Лу Синь фокусируется на особенностях «маленького человека» и «заурядных вещей». Через простой контур сюжета, вырисовывание персонажей и изображение их души, Лу Синь выражает богатое и глубокое содержание мысли с помощью самых точных и изящных слов и сжатой формы. Это четко отражает сущность повседневной жизни общества и формирует художественный стиль Лу Синя.
Согласно статистике, Лу Синь перевел и прокомментировал, а также изложил произведения более чем 37 русских и советских писателей. Русские и советские писатели составляют наибольшее число среди иностранных писателей, которых он перевел. Принимая и воспринимая китайское и зарубежное культурное наследие, Лу Синь постоянно сохранял ясный ум и критическое мышление. С позиции «извлечения и взятия», Лу Синь не только выявлял преемственность китайской классической литературы и искусства, но также в полной мере воспринимал творческий опыт русских писателей критического реализма. Эта позиция проявляет открытость и дальновидность литературной мысли Лу Синя, выражает ценное духовное стремление и поиск великого писателя и проливает свет на сокровенную тайну успеха для будущих поколений писателей, а также оставляет классические эталонные примеры для подражания.
Юй Вэньсю — проректор Хэйлунцзянского университета